Ерик Еркенов: «Моя компания старается не браться за простые этикетки»
Флексо Плюс №4-2022
Интервью с основателем, владельцем и директором типографии Lega-Print в Алматы, Еркеновым Ериком Мейрамбековичем.
Расположенная в прежней столице Казахстана Алматы (ранее Алма-Ата) типография Lega Print — крупнейший в стране производитель этикеток. Основанная около 30 лет назад компания прошла очень интересный путь — от производителя клеев и самоклеящихся материалов до лидера рынка этикеток. Об этом подробно рассказал и ответил на вопросы владелец типографии Lega Print Ерик Мейрамбекович Еркенов.
Интервью с основателем, владельцем и директором типографии Lega-Print в Алматы, Еркеновым Ериком Мейрамбековичем.
Расположенная в прежней столице Казахстана Алматы (ранее Алма-Ата) типография Lega Print — крупнейший в стране производитель этикеток. Основанная около 30 лет назад компания прошла очень интересный путь — от производителя клеев и самоклеящихся материалов до лидера рынка этикеток. Об этом подробно рассказал и ответил на вопросы владелец типографии Lega Print Ерик Мейрамбекович Еркенов.
— Как начинался ваш путь в печатном бизнесе?
— Начинал я с бизнеса по производству этикеточных клеев для сухих этикеток, это направление и сейчас существует. В 2004–2005 гг. были отличные продажи, а потом пошел спад. Я стал интересоваться причинами и спрашивать у покупателей: «Ребят, почему вы стали меньше брать?» Оказалось, что причина в набирающем обороты применении аппликаторов, работающих с самоклеящимися материалами. Благодаря этому стало проще наносить на тару этикетки любой конфигурации. Так и начался переход на самоклеящиеся этикетки. Собственно, в печатный бизнес я пришел позже, в 2007 г., и начал с производства самоклейки. Тогда мы купили первую машину для производства самоклеящихся материалов.
Изучив рынок, я понял, что есть огромные компании, доминирующие на рынке — Fasson, Raflatac и другие большие заводы, которые выпускают дорогую продукцию. На одной из выставок обратил внимание на машины компании ETI Converting. В то время я подумал, что если у меня будет это оборудование, то смогу развить бизнес производства материалов и продавать произведенную самоклейку в Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане.
Но все же тогда я недостаточно изучил индустрию производства этикетки. Оказалось, что печатные машины, работающие на самоклейке, в то время имели ширину 250–280 мм, а у меня была запущенна линия для производства материала шириной 330 мм. Из-за этой разницы себестоимость производства оказалась существенно выше, чем я рассчитывал: расход идет на производство полотна шириной 330 мм, а клиенту нужно 250–280 мм. Это был мой серьезный просчет: оборудование за миллионы долларов оказалось ненужным.
Следующим этапом я купил в Китае первую шестикрасочную флексомашину Zonten башенного типа. На этой машине мы печатали совсем немного, потому что качество производимой этикетки оставляло желать лучшего. А клиентам, естественно, нужно было высокое качество. В то время большинство производителей заказывали этикетку для своих продуктов у российских компаний, и чтобы стать достойным конкурентом, нужно было как минимум им соответствовать.
Почему я тогда выбрал китайское оборудование? Бюджет был очень скромным, да и рынок среднетоповых этикеток пока только развивался, а китайские машины могли обслуживать рынок простых этикеток: на химию, на жидкости для охлаждения машин и т. д. Но расчет не оправдался: Zonten так и стоял без работы. В 2009 г. я снова поехал на выставку Labelexpo в Брюссель, решил подобрать качественную печатную машину. Смотрел, думал, цены были высокие. В итоге подошёл к друзьям-канадцам из ETI Converting, рассказал ситуацию с их машиной. Они предложили вариант — усовершенствовать мою машину, поставить дополнительные печатные секции. Так у меня появилась нормальная шестикрасочная машина для создания самоклеящихся этикеток. И вот с этого момента пошла печать!
— Как дальше развивался ваш печатный бизнес?
— Я уже тогда думал про следующую машину. Ну, самоклейка самоклейкой, но надо же двигаться вперед. Мы рассмотрели основных производителей печатных машин. В том числе, Gidue (в настоящее время это Bobst Firenze). Нам понравился хозяин — Федерико д’Аннунцио (Federico d’Annunnzio) — работяга, сам много трудился, везде успевал. И когда компания Gidue сделала нам интересное предложение на флексографскую машину Master M5 370, мы согласились. Мне импонировало отношение хозяина к делу. После ввода в эксплуатацию оборудования мы столкнулись с небольшими проблемами, и Федерико, приехав по другому поводу в Казахстан, сам начал настраивать машину, засучив рукава. Это очень важно! Когда-то это было маленькое, частное, семейное предприятие. Люди действительно знали свое дело, у них всегда были ответы на все вопросы.
После запуска в производство новой М5 370 к изготовлению самоклеящейся этикетки мы добавили и новое направление по «огибайке» (оборачиваемой или круговой этикетке). В нон-стоп-режиме начали печатать «огибайку» на минеральную воду «Ай-Петри». Я понял, что рынок есть, потом увидел, что наша М5 370 мм загружена полностью, и купил вторую печатную машину Gidue — Expert М3 шириной 530 мм. Тут вообще пошел кайф: машина широкая, работает идеально, клиенты были довольны. Что еще надо?
— Какие у вас планы на ближайшее будущее?
— Этим летом произошел запуск еще одной, третьей по счету, машины Bobst, ориентированной на выпуск термоусадочной и оборачиваемой этикетки, мы опять закупили зарекомендовавшую себя широкую машину Expert М3 530. Теперь в планах — вырасти на рынке самоклейки, так как сейчас мы немного просели, пока я занимался «огибайкой» и инвестировал только туда. У нас установлены две широкие машины Bobst М3 530 и средняя М5 370. Обновление парка всегда необходимо! Производство — бесконечное капиталовложение. В нашем деле живешь за счет ежемесячного дохода. Чтобы разбогатеть, надо все, что произвел, продать. А когда у тебя производство, оно идет и идет. Приносит деньги и требует их вложения. Но главное, чтобы оно шло!
— Как проходила инсталляция машины? Довольны ли вы сервисом?
— Я сразу говорил, что с самого начала, с машины Master М5 370, мне нравится работать с ВМГ (компанией «Внешмальтииграф»). Я даже в контракте c Bobst Firenze прописал, что все установки должны проходить через ВМГ. Выбор машины всегда связан с сервисом. Знаете, даже до таких неочевидных моментов, как вопрос: «Приедет к нам человек из представительства, а знает ли он русский язык»?
С ВМГ все хорошо, работа ладится, и хотелось бы, чтобы так и продолжалось! Машины хорошие, рабочие! С первыми М5 и М3 мы практически не обращались за обслуживанием. Они печатали в режиме 24х7. Сейчас посмотрим, как будет с новой машиной. Надеемся, что также не будет проблем. Автоприводка на машинах Bobst работает хорошо. Оборудование идеально держит приводку по мастер-метке и полностью соответствует характеристикам, заявленным производителем перед продажей.
— Начинал я с бизнеса по производству этикеточных клеев для сухих этикеток, это направление и сейчас существует. В 2004–2005 гг. были отличные продажи, а потом пошел спад. Я стал интересоваться причинами и спрашивать у покупателей: «Ребят, почему вы стали меньше брать?» Оказалось, что причина в набирающем обороты применении аппликаторов, работающих с самоклеящимися материалами. Благодаря этому стало проще наносить на тару этикетки любой конфигурации. Так и начался переход на самоклеящиеся этикетки. Собственно, в печатный бизнес я пришел позже, в 2007 г., и начал с производства самоклейки. Тогда мы купили первую машину для производства самоклеящихся материалов.
Изучив рынок, я понял, что есть огромные компании, доминирующие на рынке — Fasson, Raflatac и другие большие заводы, которые выпускают дорогую продукцию. На одной из выставок обратил внимание на машины компании ETI Converting. В то время я подумал, что если у меня будет это оборудование, то смогу развить бизнес производства материалов и продавать произведенную самоклейку в Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане.
Но все же тогда я недостаточно изучил индустрию производства этикетки. Оказалось, что печатные машины, работающие на самоклейке, в то время имели ширину 250–280 мм, а у меня была запущенна линия для производства материала шириной 330 мм. Из-за этой разницы себестоимость производства оказалась существенно выше, чем я рассчитывал: расход идет на производство полотна шириной 330 мм, а клиенту нужно 250–280 мм. Это был мой серьезный просчет: оборудование за миллионы долларов оказалось ненужным.
Следующим этапом я купил в Китае первую шестикрасочную флексомашину Zonten башенного типа. На этой машине мы печатали совсем немного, потому что качество производимой этикетки оставляло желать лучшего. А клиентам, естественно, нужно было высокое качество. В то время большинство производителей заказывали этикетку для своих продуктов у российских компаний, и чтобы стать достойным конкурентом, нужно было как минимум им соответствовать.
Почему я тогда выбрал китайское оборудование? Бюджет был очень скромным, да и рынок среднетоповых этикеток пока только развивался, а китайские машины могли обслуживать рынок простых этикеток: на химию, на жидкости для охлаждения машин и т. д. Но расчет не оправдался: Zonten так и стоял без работы. В 2009 г. я снова поехал на выставку Labelexpo в Брюссель, решил подобрать качественную печатную машину. Смотрел, думал, цены были высокие. В итоге подошёл к друзьям-канадцам из ETI Converting, рассказал ситуацию с их машиной. Они предложили вариант — усовершенствовать мою машину, поставить дополнительные печатные секции. Так у меня появилась нормальная шестикрасочная машина для создания самоклеящихся этикеток. И вот с этого момента пошла печать!
— Как дальше развивался ваш печатный бизнес?
— Я уже тогда думал про следующую машину. Ну, самоклейка самоклейкой, но надо же двигаться вперед. Мы рассмотрели основных производителей печатных машин. В том числе, Gidue (в настоящее время это Bobst Firenze). Нам понравился хозяин — Федерико д’Аннунцио (Federico d’Annunnzio) — работяга, сам много трудился, везде успевал. И когда компания Gidue сделала нам интересное предложение на флексографскую машину Master M5 370, мы согласились. Мне импонировало отношение хозяина к делу. После ввода в эксплуатацию оборудования мы столкнулись с небольшими проблемами, и Федерико, приехав по другому поводу в Казахстан, сам начал настраивать машину, засучив рукава. Это очень важно! Когда-то это было маленькое, частное, семейное предприятие. Люди действительно знали свое дело, у них всегда были ответы на все вопросы.
После запуска в производство новой М5 370 к изготовлению самоклеящейся этикетки мы добавили и новое направление по «огибайке» (оборачиваемой или круговой этикетке). В нон-стоп-режиме начали печатать «огибайку» на минеральную воду «Ай-Петри». Я понял, что рынок есть, потом увидел, что наша М5 370 мм загружена полностью, и купил вторую печатную машину Gidue — Expert М3 шириной 530 мм. Тут вообще пошел кайф: машина широкая, работает идеально, клиенты были довольны. Что еще надо?
— Какие у вас планы на ближайшее будущее?
— Этим летом произошел запуск еще одной, третьей по счету, машины Bobst, ориентированной на выпуск термоусадочной и оборачиваемой этикетки, мы опять закупили зарекомендовавшую себя широкую машину Expert М3 530. Теперь в планах — вырасти на рынке самоклейки, так как сейчас мы немного просели, пока я занимался «огибайкой» и инвестировал только туда. У нас установлены две широкие машины Bobst М3 530 и средняя М5 370. Обновление парка всегда необходимо! Производство — бесконечное капиталовложение. В нашем деле живешь за счет ежемесячного дохода. Чтобы разбогатеть, надо все, что произвел, продать. А когда у тебя производство, оно идет и идет. Приносит деньги и требует их вложения. Но главное, чтобы оно шло!
— Как проходила инсталляция машины? Довольны ли вы сервисом?
— Я сразу говорил, что с самого начала, с машины Master М5 370, мне нравится работать с ВМГ (компанией «Внешмальтииграф»). Я даже в контракте c Bobst Firenze прописал, что все установки должны проходить через ВМГ. Выбор машины всегда связан с сервисом. Знаете, даже до таких неочевидных моментов, как вопрос: «Приедет к нам человек из представительства, а знает ли он русский язык»?
С ВМГ все хорошо, работа ладится, и хотелось бы, чтобы так и продолжалось! Машины хорошие, рабочие! С первыми М5 и М3 мы практически не обращались за обслуживанием. Они печатали в режиме 24х7. Сейчас посмотрим, как будет с новой машиной. Надеемся, что также не будет проблем. Автоприводка на машинах Bobst работает хорошо. Оборудование идеально держит приводку по мастер-метке и полностью соответствует характеристикам, заявленным производителем перед продажей.
Генеральный директор «Внешмальтиграф» Дмитрий Александрович Ремизов и Ерик Мейрамбекович Еркенов, основатель компании Lega Print
При выборе М5 нам говорили, что эти печатные машины по максимуму убирают человеческий фактор. То есть квалификация печатника не должна влиять на качество печати. Gidue пошли по принципу «Мы наворачиваем машины так, чтоб они сами могли все напечатать». Программа тут действительно правильная. Я считаю, что качество печати на 50% зависит от машины, на 40% — от форм, на 10% — от человеческого фактора.
Я очень хотел бы рассказать про нашего партнера — ИП Зинченко, он делает нам полностью всю допечатку и печатные формы: это как раз те 40%, которые обеспечивают качество. С Константином Викторовичем Зинченко мы в партнерстве более 13 лет, и я ему очень благодарен.
— Расскажите, пожалуйста, что привлекает вас в вашей работе?
— Результат работы в печати, в полиграфии — всегда на виду. Будто ты картину нарисовал, ее повесили где-то, и люди смотрят. Только эта твоя «картина» во всех магазинах висит. И это вызывает гордость за то, что ты делаешь. Каждый раз, когда ты что-то создал, когда добился того, чего хотел, чего хотел заказчик, появляется чувство радости и удовлетворенности. Каждый раз новый дизайн — это новая работа над «картиной». Наш очень большой опыт подсказывает верные решения: в некоторых случаях на свой страх и риск мы делаем корректировки в дизайнах, и народу нравится! И особенно здорово, когда у тебя есть «отличная кисть и хорошие краски». Наша машина Bobst позволяет нам творить, рисовать, делать по-настоящему красивые вещи. Раньше были другие машины, старенькие. Мои идеи и задумки не было возможности реализовать на этих машинах. Приходилось идти на компромиссы. А новые машины могут сделать так, что все обзавидуются! В них идеально все: качество совмещения, точность выставления давления, скорость. Вроде бы просто, а на выходе получаются хорошие вещи.
— То есть работа приносит радость?
— Мне нравится фраза: «На работу надо идти с удовольствием и с работы — тоже с удовольствием». У нас так и есть. На работу идешь и думаешь, что сегодня напечатаешь что-нибудь интересное. Обдумываешь: «Здесь с цветами нужно поработать»… Или еще что-то.
Я очень благодарен своему коллективу. Благодаря ему создаются эти шедевры. Я — как бы владелец галереи, а мой коллектив — это художники! Все наши сотрудники выросли профессионально в стенах нашего дома. Да, это наш дом, потому что мы очень сплоченная и крепкая семья!
Мы постоянно развиваемся, сейчас у нас новое направление — термоусадка. Это интересно!
Конечно, бывает по-разному. Иногда заказчик слишком настаивает на своем или не знает, чего хочет. Бывает, люди вроде бы придумали что-то на компьютере, что-то такое большое, красивое, а когда переводишь это в этикетку на бутылку 0,5 л — получается не то.
Еще один интересный момент: моя компания старается не браться за простые этикетки (например для бутылок типа «Пепси» или «Кока-колы»). Они все не слишком художественные, не стоит просто гонять машину, чтобы делать миллионы тонн неинтересных этикеток. Я лучше сделаю красивые, художественные этикетки. Пусть у нас будут тиражи поменьше, но разнообразные, необычные, которыми мы будем гордиться. Сейчас у нас около 400 видов разных наименований продукции.
— Вам удалось достичь выдающихся результатов на рынке Казахстана. Расскажите подробнее о ваших принципах работы.
— У нас были клиенты, уходившие к другим типографиям, но они все равно возвращались к нам. Потому что качество всегда идет на первом месте! Качество и сроки — мы не подводим, мы не берем больше, чем можем «скушать». Вот это самое главное.
Я очень хотел бы рассказать про нашего партнера — ИП Зинченко, он делает нам полностью всю допечатку и печатные формы: это как раз те 40%, которые обеспечивают качество. С Константином Викторовичем Зинченко мы в партнерстве более 13 лет, и я ему очень благодарен.
— Расскажите, пожалуйста, что привлекает вас в вашей работе?
— Результат работы в печати, в полиграфии — всегда на виду. Будто ты картину нарисовал, ее повесили где-то, и люди смотрят. Только эта твоя «картина» во всех магазинах висит. И это вызывает гордость за то, что ты делаешь. Каждый раз, когда ты что-то создал, когда добился того, чего хотел, чего хотел заказчик, появляется чувство радости и удовлетворенности. Каждый раз новый дизайн — это новая работа над «картиной». Наш очень большой опыт подсказывает верные решения: в некоторых случаях на свой страх и риск мы делаем корректировки в дизайнах, и народу нравится! И особенно здорово, когда у тебя есть «отличная кисть и хорошие краски». Наша машина Bobst позволяет нам творить, рисовать, делать по-настоящему красивые вещи. Раньше были другие машины, старенькие. Мои идеи и задумки не было возможности реализовать на этих машинах. Приходилось идти на компромиссы. А новые машины могут сделать так, что все обзавидуются! В них идеально все: качество совмещения, точность выставления давления, скорость. Вроде бы просто, а на выходе получаются хорошие вещи.
— То есть работа приносит радость?
— Мне нравится фраза: «На работу надо идти с удовольствием и с работы — тоже с удовольствием». У нас так и есть. На работу идешь и думаешь, что сегодня напечатаешь что-нибудь интересное. Обдумываешь: «Здесь с цветами нужно поработать»… Или еще что-то.
Я очень благодарен своему коллективу. Благодаря ему создаются эти шедевры. Я — как бы владелец галереи, а мой коллектив — это художники! Все наши сотрудники выросли профессионально в стенах нашего дома. Да, это наш дом, потому что мы очень сплоченная и крепкая семья!
Мы постоянно развиваемся, сейчас у нас новое направление — термоусадка. Это интересно!
Конечно, бывает по-разному. Иногда заказчик слишком настаивает на своем или не знает, чего хочет. Бывает, люди вроде бы придумали что-то на компьютере, что-то такое большое, красивое, а когда переводишь это в этикетку на бутылку 0,5 л — получается не то.
Еще один интересный момент: моя компания старается не браться за простые этикетки (например для бутылок типа «Пепси» или «Кока-колы»). Они все не слишком художественные, не стоит просто гонять машину, чтобы делать миллионы тонн неинтересных этикеток. Я лучше сделаю красивые, художественные этикетки. Пусть у нас будут тиражи поменьше, но разнообразные, необычные, которыми мы будем гордиться. Сейчас у нас около 400 видов разных наименований продукции.
— Вам удалось достичь выдающихся результатов на рынке Казахстана. Расскажите подробнее о ваших принципах работы.
— У нас были клиенты, уходившие к другим типографиям, но они все равно возвращались к нам. Потому что качество всегда идет на первом месте! Качество и сроки — мы не подводим, мы не берем больше, чем можем «скушать». Вот это самое главное.
Печатный комплекс Expert M3, производства Bobst Firenze
Например, когда у нас была одна машина, мы с весны и все лето росли вместе с производителями воды. То есть у них воды больше, мы печатаем больше, потом лето заканчивается, воды становится меньше, мы печатаем меньше. Можно было набрать клиентов на зиму, чтобы прожить ее хорошо. Но в итоге ведь наступит весна, и тогда мы бы подвели тех, кого я взял на зиму. А я так не могу! Во многом из-за этого я и рассмотрел покупку второй машины для печати термоусадочной и оборачиваемой этикетки. Две машины друг друга заменяют. Наличие одной машины — это нестабильно в плане бизнеса. Полиграфический рынок всегда работает срочно, «на вчера». Очень редко клиенты могут прогнозировать хотя бы на один–два квартала свои реализации и поставки. Многие действуют так: сегодня у них хорошо пошли продажи, они звонят нам: «Срочно нужен определенный вид этикетки, который быстро закончился». С той же водой — все зависит даже от погоды! Пришла жара, все начинают пить, торговля идет быстро. Пришли дожди — все застывает.
Заявки приходят, мы их выполняем за 15 дней максимум. А значит, нужно гарантировать, что ты сможешь за 15 дней напечатать тираж.
Пока была одна машина — были колоссальные нервы! Мы поставили ее в 2015 г., и в следующие четыре года каждое лето было для меня стрессовым. Я молился, чтобы машина работала круглосуточно и ничего не сломалось! Ведь если что-то в таком режиме полетит… Целый завод по розливу напитков может остановится! Ты партнер, ты пообещал — значит, ты должен сделать! К счастью, машина не подвела.
— Как вы выбирали вторую машину для печати термоусадки и оборачиваемой этикетки?
— Вторая машина должна быть способной полностью взять на себя задачи первой. Мы даже в контракте прописали, чтобы все печатные валы, анилоксы, краски, расходные материалы — все в них совпадало. Теперь я по-настоящему уверен в том, что могу быть достойным партнером, то есть быть монопоставщиком. Когда ты становишься единственным — ответственность просто зашкаливает. Ты говоришь: «Я гарантирую вам, что в любом случае напечатаю вам все необходимое в любой сезон и в том количестве, которое нужно». Значит, надо исполнять. Вторая машина дала мне уверенность в том, что мы сдадим тираж вовремя, несмотря ни на что.
Заявки приходят, мы их выполняем за 15 дней максимум. А значит, нужно гарантировать, что ты сможешь за 15 дней напечатать тираж.
Пока была одна машина — были колоссальные нервы! Мы поставили ее в 2015 г., и в следующие четыре года каждое лето было для меня стрессовым. Я молился, чтобы машина работала круглосуточно и ничего не сломалось! Ведь если что-то в таком режиме полетит… Целый завод по розливу напитков может остановится! Ты партнер, ты пообещал — значит, ты должен сделать! К счастью, машина не подвела.
— Как вы выбирали вторую машину для печати термоусадки и оборачиваемой этикетки?
— Вторая машина должна быть способной полностью взять на себя задачи первой. Мы даже в контракте прописали, чтобы все печатные валы, анилоксы, краски, расходные материалы — все в них совпадало. Теперь я по-настоящему уверен в том, что могу быть достойным партнером, то есть быть монопоставщиком. Когда ты становишься единственным — ответственность просто зашкаливает. Ты говоришь: «Я гарантирую вам, что в любом случае напечатаю вам все необходимое в любой сезон и в том количестве, которое нужно». Значит, надо исполнять. Вторая машина дала мне уверенность в том, что мы сдадим тираж вовремя, несмотря ни на что.